«Праздник», пожалуй, самый приземлённый, бытовой образ во всей серии работ, хотя и выдержанный в том же тёмном регистре. Две фигуры в человеческий рост колористически почти сливаются с общим живописным полем и отделяются от него главным образом контурами. Лишь отдельные жёлто-коричневые наслоения придают фигурам большую плотность и местами складываются в подобие праздничной одежды и туфель. В их позах есть что-то фривольное: они, кажется, наслаждаются моментом. Фигура слева стоит к нам спиной и, возможно, поймана в танце; та, что справа, расположилась полусидя и то ли курит, то ли играет на флейте, глядя на нас гипертрофированным глазом. Красивая, нездешняя по цвету голубая ткань связывает обе фигуры в некое подобие ритуала, процессии или даже вакханалии. У правого края едва намечен контур ёлки. Здесь почти нет ни пространственной глубины, ни живописной многослойности, характерных для других работ серии, что только подчёркивает легкомысленность и эфемерность сюжета.