Слава Богу, что снег

на самом деле мокрый

 

Снег в конце декабря выпал, и выставка состоялась: гипсовые следы женского тела на подиумах из снега. Мрамороподобные тающие подиумы должны были, по замыслу экспозиционера, подточить изнутри холод гипсовых объектов, превратить больничную белизну в хлюпающую грязь.

Это была странная, неуютная выставка. Замороженное в гипсе действие как будто подтаяло вместе со снегом и вылилось в непредсказуемые события.

Сначала - собственно технологический процесс снятия слепка с тела экспозиционера. Правда, этот брутальный жест, предложенный английской художницей и феминисткой П. Кокс, закончился ничем, растаял в общей атмосфере выставочного зала - слепок мужского тела ничего не внес и ничего не разрушил.

Затем танец девушки из театра "Сайра Бланш" - танец на границе формы и бесформенности, на границе молчания и кликушества. С этим пугающим танцем тягуче переплетался речевой перформанс С. Кускова:

"Чкловеческое - сликшм человеческое" подвергается преодолению через надличную силу отстраненного жеста. Это жест снятия, отслоения отстранения, в ходе которого пустотная анонимность изнанки вытесняет персональность обличья - оболочки - внешности..."

Вынос снежных кубов (их останков) завершил вечер, заключив в грубую производственну. раму сумбур переживаний и особую поэзию бесполезности.

 

Экспозиционный проект Олега Кулика.

Patricia Cox, Oleg Kulik, Anna Chizhova

"The pre-historical cosmogenic act of killing the masculine monster is involuntarily assimilated with autodistruction by P. Cox and A. Chizhova, the representatives of the feminine art wave of late 20th century. Their sacrifice to dismemberment, disintegrstion, "visceration" and mumification (through the necrocast) is mainly masculine or, to be more exact, despotic statutes of the author, his selfassertion, his will for integrity, his narcissism of preserving his face and his body as his property. All this is shattered here..." (S. Kuskov), 1991